Школа, которая меняет характер

Этот топик будет интересен родителям, которые только что отправили своего ребёнка в другую образовательную систему и начинают замечать изменения в его поведении, коммуникации, взглядах на разные вещи и даже способе рассуждать, но пока не совсем понимают, что именно происходит. А также тем, кто только задумывается о подобном опыте.

Я хочу поговорить не столько об академических программах, оценках или предметах, сколько о том, как образовательная среда постепенно меняет ребёнка. Как вместе с новыми правилами, требованиями и ожиданиями меняется его поведение, отношение к авторитетам, взаимодействие с окружающими людьми и, как следствие, образ мышления.

На примере своей работы учителем, а также как мама детей, которые росли в разных странах и образовательных системах, я наблюдала совершенно разные картины. И чем дольше я живу между культурами, тем больше убеждаюсь, что школа формирует не только знания. Она формирует способ смотреть на мир.

Что общего практически у всех школ? В любой школе существуют правила, и мы ожидаем, что ученик будет им следовать.

Что разного? Сами правила, атмосфера, отношения между учителем и учеником, отношение к ошибкам, инициативе, вопросам и даже к тому, как ребёнок должен выражать своё мнение.

Именно поэтому после переезда родители иногда начинают замечать, что ребёнок меняется не только потому, что начинает говорить на другом языке. Он начинает иначе реагировать на взрослых, иначе принимать решения, иначе строить отношения со сверстниками и по-другому смотреть на собственные успехи и неудачи.

Таиланд: уважение, иерархия и философия «май пен лай»

Одной из первых стран, где я особенно ярко увидела влияние образовательной системы на мышление ребёнка, стал Таиланд.

Как я уже говорила, в Таиланде существует множество разных типов школ: государственные, билингвальные, школы с английской программой, международные школы. Но независимо от типа школы одна вещь очень быстро бросается в глаза практически всем иностранцам — роль учителя в этой системе.

И это уже не совсем про профессию, а скорее про философию отношений между взрослым и ребёнком.

В Таиланде учитель — это очень значимый авторитет. Это человек, которому часто не смотрят прямо в глаза, с которым разговаривают чуть тише и более уважительно. Иногда дети говорят с опущенной головой, а в некоторых ситуациях могут даже встать на колени, если чувствуют свою вину или хотят попросить прощения. Учитель прав по определению. Его слова не принято подвергать сомнению, поэтому на уроках дети редко задают вопросы и ещё реже вступают в дискуссии.

Мне всегда казалось, что подобное отношение к учителю невозможно до конца понять без понимания тайской культуры в целом. Таиланд — очень буддийская страна, где религия и культура тесно переплетаются с повседневной жизнью. И хотя я сейчас не говорю о религии как таковой, многие культурные установки, которые дети усваивают в школе, во многом связаны именно с общим мировоззрением общества.

Уважение к старшим, благодарность тем, кто передаёт знания, принятие определённой иерархии отношений — всё это присутствует в жизни ребёнка с самого раннего возраста. Поэтому учитель воспринимается не просто как человек, который объясняет материал, а как наставник, заслуживающий особого уважения.

Отношения выстраиваются по достаточно чёткой вертикали. Ученики хорошо понимают границы дозволенного и довольно быстро усваивают, что иногда лучше промолчать, чем сказать что-то неуместное и прослыть глупым. Здесь ещё работает важная для тайской культуры идея сохранения лица. И, что интересно, ребёнок часто боится не столько поставить в неловкое положение самого себя, сколько учителя. Для него это может быть даже более серьёзной проблемой. Поэтому многие дети предпочитают сначала убедиться, что ответ правильный, и только потом поднимать руку или высказывать своё мнение.

Эта система отношений отражается даже в самом обращении к учителю. Перед именем всегда используется приставка «учитель». Каждый раз, обращаясь к преподавателю, ребёнок сначала обозначает его статус и только потом имя. По сути, он много раз в день проговаривает и подтверждает существующую иерархию. Это не просто форма вежливости, а постоянное напоминание о роли учителя в системе отношений между взрослыми и детьми.

Жёсткая критика со стороны учителя чаще всего тоже воспринимается ребёнком спокойно и без особых протестов. Более того, многие дети и родители воспринимают её не как проявление неприязни, а наоборот, как проявление заботы. Если учитель делает замечание, значит он обращает на тебя внимание, переживает за твои успехи и пытается направить тебя в правильную сторону.

И постепенно ребёнок начинает усваивать не только школьные правила. Вместе с ними он усваивает и определённую модель взаимодействия с миром: представление о том, как нужно относиться к авторитету, когда стоит говорить, а когда лучше промолчать, как воспринимать ошибки и какое место человек занимает в системе отношений вокруг него.

Не все дети, если честно, быстро адаптируются к такой философии. Особенно если до этого они учились в более свободной образовательной среде.

Моя дочь родилась в Таиланде, ходила в тайские ясли и детский сад практически с рождения, поэтому воспринимала подобные отношения как абсолютную норму. Иногда она даже делала замечания мне самой.

— Мама, пригни голову. Ты с учителем разговариваешь.

А я по привычке забывала, что в её школе я не учитель, а родитель, и стояла с высоко поднятой головой.

В тайских школах довольно часто используются методы обучения, основанные на запоминании и повторении. Если понаблюдать за уроком, то многим иностранным родителям он скорее напомнит лекцию, чем дискуссию. Основную часть времени говорит учитель, а дети слушают, записывают и запоминают. Иногда это большие объёмы переписывания текстов, заучивания информации и воспроизведения материала. Долгие рассуждения, открытые дискуссии и многочисленные вопросы далеко не всегда приветствуются, потому что могут восприниматься как попытка поставить под сомнение слова или знания учителя.

Поэтому ребёнок довольно быстро усваивает простую формулу: прими информацию, запиши её, запомни, воспроизведи на экзамене и получи хороший результат. Во многих случаях именно этого от него и ожидают.

В целом тайская школа делает очень сильный акцент на уважении, послушании, дисциплине и опрятности.

Когда я сама работала в тайской школе с английской программой, дети очень любили проводить время со мной. И я довольно быстро поняла причину. Для них мой стиль общения был непривычно свободным. Они могли больше шутить, задавать вопросы, спорить, иногда даже немного хулиганить, не опасаясь, что это будет воспринято как серьёзное нарушение субординации.

Но говоря о тайской школе, невозможно не упомянуть одну идею, которую дети очень быстро усваивают в школьной среде и которая влияет на их отношение к обучению и ошибкам.

Это философия «май пен лай».

Дословно её часто переводят как «ничего страшного». Многие иностранцы поначалу ошибочно воспринимают её как безразличие или отсутствие стремления к результату. Если честно, я и сама далеко не сразу до конца поняла, что именно за этим стоит — на это потребовалось время наблюдений именно в школьной среде.

Это скорее отношение к ошибке внутри учебного процесса: неудача не воспринимается как катастрофа, а становится частью обучения. Есть следующая попытка, следующий урок, следующий шанс сделать лучше. И ошибка в классе не фиксируется как «провал», а рассматривается как нормальный этап освоения материала.

Наверное, именно эту часть тайской культуры моя дочь впитала особенно глубоко и несёт с собой до сих пор.

Мне всегда казалось очень важным, что в тайской школе ребёнок редко становится изгоем из-за ошибки. Не только академической, но и любой другой. Ошибки воспринимаются как часть процесса взросления и обучения.

И если говорить о том, как школа влияет на мышление ребёнка, то именно здесь это влияние становится особенно заметным. Потому что вместе с предметами и оценками дети усваивают ещё и отношение к авторитету, ошибкам, успеху и самому процессу обучения.

Международная школа: вопросы важнее правильных ответов

Если в тайской школе первое, что бросается в глаза, — это уважение к авторитету, то в международной школе первое, что замечает человек, впервые попавший на урок, — это атмосфера.

Много смеха, разговоров, вопросов, шуток и какого-то постоянного движения.

Со стороны иногда даже может показаться, что дети слишком расслаблены и урок вот-вот выйдет из-под контроля. Но на самом деле за этим стоит совершенно другая образовательная философия.

Считается, что чем более эмоционально вовлечён ребёнок в происходящее, тем лучше он усваивает материал. Поэтому первые десять минут урока нередко посвящаются различным icebreaking activities — небольшим активностям, которые помогают детям включиться в работу, начать взаимодействовать друг с другом и настроиться на обучение.

Чем больше дети задают вопросов, шутят, делятся мнением и вступают в обсуждение, тем лучше. Это воспринимается как признак вовлечённости и готовности учиться.

Если в более традиционных системах неожиданный вопрос от ученика может восприниматься как вызов авторитету учителя или попытка увести урок в сторону, то в международной школе это часто становится поводом для похвалы. Потому что считается, что именно такие вопросы являются проявлением критического мышления, любопытства и самостоятельной работы ума.

Учитель здесь тоже воспринимается совершенно иначе. Он может сидеть верхом на парте, перемещаться между учениками, шутить вместе с ними и сознательно уменьшать дистанцию между собой и классом. Иногда это делается специально, чтобы авторитет учителя не подавлял ребёнка и тот чувствовал себя достаточно комфортно, чтобы высказывать своё мнение.

Во многих международных школах к учителю вообще обращаются просто по имени.

При этом будет большой ошибкой решить, что такая система означает вседозволенность или отсутствие дисциплины.

Очень многие дети, особенно пришедшие из более традиционных образовательных систем, первое время действительно воспринимают её именно так. Нет привычных дневников, учителя не бегают за учеником с напоминаниями пересдать работу, не звонят родителям по каждому поводу.

Но на самом деле здесь ребёнка учат совершенно другому — самостоятельности.

Самостоятельно принимать решения, отвечать за последствия своих действий, следить за сроками, заданиями и результатами.

Именно здесь родители очень часто начинают замечать серьёзные изменения в поведении ребёнка. Сначала он может возмущаться, что ему никто не напомнил о дедлайне, никто не предупредил о последствиях и никто не проконтролировал выполнение задания. Со временем к нему приходит понимание, что ответственность за всё это лежит на нём самом.

В этот самый момент начинается одна из самых важных трансформаций — ребёнок постепенно перестаёт искать виноватых вокруг и начинает встречаться с последствиями собственных решений. А вместе с этим формируется совершенно другой способ мышления — более независимый, инициативный и ориентированный на личную ответственность.

В международной школе ценятся открытость, индивидуальность, креативность и способность иметь собственное мнение. И это тоже постепенно становится частью личности ребёнка.

Китайская школа: дисциплина, результат и коллективная ответственность

В китайских школах я вижу много общего с тайской системой в том, что касается позиции учителя и его авторитета.

Учитель здесь чрезвычайно уважаем. Это человек, с которым не принято спорить, вступать в перепалки или публично подвергать сомнению его мнение. Как и в Таиланде, отношения между учеником и учителем строятся достаточно вертикально.

Но если тайская школа у меня ассоциируется прежде всего с уважением и гармонией, то китайская — с дисциплиной, работоспособностью и ориентацией на результат.

Мой первый рабочий день в китайской школе вообще поставил меня в тупик.

К тому моменту у меня уже было несколько лет опыта работы учителем в Азии, и я чувствовала себя достаточно уверенно, считая, что уже неплохо понимаю особенности азиатской образовательной культуры и могу обобщать опыт разных стран.

Моя попытка начать урок с шутки, чтобы разрядить атмосферу в классе потерпела фиаско. В ответ на меня смотрели несколько десятков абсолютно серьёзных лиц, на которых не было ни улыбок, ни смеха, ни удивления, ни вообще каких-либо заметных эмоций. Я мысленно перебирала в голове варианты, что именно могла сделать не так. Позже такие же лица я увидела и у учеников начальной школы, но к тому моменту уже была морально готова к подобной реакции.

Через некоторое время мои китайские коллеги объяснили мне, что во многом это связано с тем, что детей с самого раннего возраста учат контролировать себя, свои эмоции и внешние проявления чувств. Способность сохранять самообладание считается признаком внутренней зрелости, дисциплины и внутреннего контроля.

Сказать, что я была удивлена, — это ничего не сказать. Потому что весь мой предыдущий опыт работы в международных школах говорил ровно об обратном: чем больше ребёнок проявляет эмоции, интерес и вовлечённость, тем лучше.

В такие моменты начинаешь особенно ясно видеть, насколько по-разному разные образовательные системы могут формировать не только поведение ребёнка, но и его представления о том, каким вообще должен быть человек в обществе.

Места для креативности и критического мышления в китайской школе тоже значительно меньше, чем в международной школе. Очень часто обучение строится по принципу: учитель даёт знания, ученик их усваивает и воспроизводит.

За годы преподавания в Китае я не раз замечала одну и ту же вещь. Сколько бы я ни просила старшеклассников привести собственный пример по какой-либо экономической концепции или жизненной ситуации, лишь очень небольшая часть учеников действительно предлагает что-то своё. Большинство либо повторяют пример, который только что услышали от меня, либо используют пример одноклассника, который уже прозвучал в классе.

То же самое происходит и с открытыми вопросами. Когда я прошу высказать собственное мнение или объяснить свою точку зрения, многие ученики испытывают заметный дискомфорт. Иногда они буквально говорят:

— Сначала скажите нам правильный ответ, а потом мы скажем то же самое.

Поначалу это немного удивляет и даже разочаровывает. Но со временем понимаешь, что это не отсутствие способностей и не отсутствие интереса к предмету. Просто детей много лет учили искать правильный ответ, а не формулировать собственную позицию.

Но при этом есть качества китайских учеников, которыми я искренне восхищаюсь.

Прежде всего — это невероятная работоспособность и серьёзное отношение к результату. У большинства детей очень чётко сформировано понимание того, что они учатся прежде всего для себя. Последствия невыполненной работы и собственного бездействия придётся увидеть уже завтра, на следующем тесте, экзамене или контрольной.

Учебной нагрузки в китайских школах действительно очень много. Но больше всего меня всегда удивляло не её количество, а отношение детей к этой нагрузке. Они просто делают то, что нужно сделать без бесконечных разговоров о том, как много задали, и без поиска оправданий.

Ещё одна важная особенность китайской школы — сильная ориентация на коллектив. Успех воспринимается не только как личное достижение, но и как вклад в результат класса. В школах постоянно проходят соревнования между классами — по учёбе, спорту, дисциплине и различным школьным мероприятиям. Поэтому ребёнок довольно рано начинает ощущать ответственность не только за себя, но и за группу, частью которой он является. Важно не быть тем человеком, из-за которого общий результат окажется хуже. И эта идея коллективной ответственности присутствует в китайской школьной жизни очень заметно.

И если международная школа часто формирует индивидуальность и самостоятельность, а тайская — уважение к авторитету и гармонию отношений, то китайская система, на мой взгляд, очень сильно развивает дисциплину, трудолюбие, настойчивость и готовность работать на долгосрочный результат.